Версия для слабовидящих
ст. Клетская. 1942 г.

ВОСПОМИНАНИЯ АГАПОВА ИВАНА СЕМЕНОВИЧА

Агапов Иван Семенович родился 29 октября 1926 года в селе Верхняя Бузиновка Клетского района Сталинградской области. Призван в Красную Армию в октябре 1943 года. Воевал в составе Южного (бывший Сталинградский) 1-го и 4-го Украинских фронтов, участвовал в боях за освобождение Ростова, Западной Украины, Польши и Чехословакии в составе отдельного зенитно-артиллерийского полка среднего калибра Резерва Главного Командования (в/ч 1563) наводчиком 85 мм зенитного орудия, а затем и радистом в звании ефрейтора. За участие в боях был награжден медалями «За боевые заслуги» и «За победу над фашистской Германией». С 1945 по 1950 года Агапов И.С. проходил службу на Западной Украине (территория Ужгород-Мукачево-Дрогобыч-Трускавец) и участвовал в боевых действиях по охране освобожденной территории от «бендеровцев». Имеет 25 правительственных наград.

Я, Агапов Иван Семенович, ро­дился 29 октября 1926 года в хуто­ре Верхняя Бузиновка Клетского района Сталинградской области (бывшей), где в 1942 г. закончил не­полную среднюю школу — 7 клас­сов.

В марте 1943 г. прошел обуче­ние по программе курса (110 часо­вого), призван Клетским РВК как допризывник. Начальник курсов был старший лейтенант Черга ­бывший командир батареи, оборо­нявшей Сталинград. Эти курсы нам, подросткам, дали многое в во­енном деле — мы могли обнару­жить мины, снять их, расстрелять мины, хорошо стреляли из винтовок и автоматов ППШ, умели бро­сать все виды гранат как свои так и войск противника. Это все пригодилось, когда были призваны в ряды Красной Армии.

В конце марта- начале апреля 1943 года Клетский РВК снова вызвал меня в станицу Клетскую с за­пасом продовольствия на 10-15 суток.

Мы прибыли, нас, 150-170 муж­чин и 50-70 женщин повели на гору выше Клетской убирать убитых наших воинов при прорыве немец­кого фронта 19 ноября 1942 г. Пос­ле захоронения убиенных, как на­ших, так и врагов, нас распустили по домам. 24 апреля 1943 г. райво­енкомат назначает меня военруком В-Бузиновской, неполной средней школы, где проработал до середи­ны ноября 1943 г., до призыва в ряды Красной Армии. Через месяц в составе большой группы клетс­ких ребят я был зачислен в зенит­но-артиллерийский полк действую­щей Армии на Юго-3ападном фронте.

И в этом полку прослужил 7 лет — полтора года на фронте и пять с половиной лет в составе кадровой Советской армии солдатом. Так надо было стране. В конце 1950 г. был демобилизован. После демо­билизации была работа по восста­новлению Сталинграда, учеба в вечерней школе, а с 1952 по 1956 г. — учеба в Волгоградском педа­гогическом институте на историко­-филологическом факультете. По­том работа преподавателем в шко­лах и техникуме продолжительно­стью в 44 года.

 

ВЗРЫВ ПОД «ПЛАКУЩИМ КУР­ГАНОМ»

Этот «Плакущий курган» расположен в хуторе Верхняя Бузиновка на левой стороне реки Лиска. На этом кургане до 40-го года нашего времени стоял ка­менный крест с ико­ной. И мы, маль­чишки, пользова­лись этим крестом, когда надо было сесть на лошадь.

Помню, как ста­рые казачки объяс­няли, почему этот курган называется «Плакущим».

До событий ок­тября 1917 года на этом кургане прощались казаки, ухо­дившие служить Отечеству. Здесь родные, жены плакали и прощались с призывниками-казаками. Сбор призывников-казаков большой излу­чины Дона происходил в станице Сиротинская, а оттуда походным по­рядком казаки в строю отправлялись на станцию «Качалинская» и эшелонами отправлялись в свои по­стоянные кавалерийские полки.

 

Но не об этом я хотел написать, как о главном. Шел июль 1942 года, второго года Великой Отечествен­ной войны. Нашему Верховному Ко­мандованию стало ясно куда устре­мились основные силы немецко-фа­шистских войск —  Ростов-на-Дону,  Воронеж — Сталинград. Армия Пау­люса рвалась от Харькова в Боль­шую излучину Дона с выходом на Морозовскую, В-Бузиновка — Б-Набатов-Конный разъезд -Городище-тракторный завод Сталинграда.

Вот поэтому в хуторах Клетского района и накапливались войска и боевое их обеспечение. Вот так и появился склад противотанковых мин в заброшенных стенах, камен­ного сарая на усадьбе Рубцовых, но Рубцовы жили в другом месте.

Этот минный склад оказался между домами семей Калединовых и Агаповых. Начальник склада мин, помню, был майор, который ча­сто бывал как у Калединых так и у Агаповых. Майор часто просил нас, тогда подростков, разгрузить маши­ны и сложить ,аккуратно эти мины и запалы к ним. Но вот и немецкие танки прорвались к В-Бузиновке со стороны хутора Свечниковский- ­это было в первой половине июля 1942 г.

Наши саперы умело расстави­ли противотанковые мины на пути немецких танков и вот юго-западнее Бузиновки запылало 4-5 фашистских танков.

Немцы нашли в минных полях проход и начали врываться в хутор. Вот тогда-то майор-начальник скла­да и решил взорвать склад проти­вотанковых мин. Вывести не смог­ли — не хватало транспорта. Противотанковые мины были начине­ны более сильным взрывчатым ве­ществом. Майор, по видимому, под­жег шнур и побежал на централь­ную улицу хутора, где отступали наши войска, но не успел добежать до намеченной улицы как произо­шел сильнейший взрыв. Майор был убит взрывной волной на месте, где сейчас находится баня. Там его по­том и похоронили.

А что было с нами?

Семью Калединовых завалило в погребе, часть детей контузило, пришлось старшим детям с мате­рью самим отрываться, бежать в тумане пыли, сыпал град камней, перебираться в овраг, бежать че­рез заводь, приводить контуженных детей в сознание. От места взрыва Каледины и их усадьба находились не более чем 50-60 метрах. От их дома, амбара и других строений даже щепок не осталось — все сравнялось с поверхностью земли. Да и сами Каледины были сами не свои. Мать, Агриппина Федотьев­на, с шестью контуженными деть­ми остались кто в чем были, да еще засыпанные, грязные. А отец их на фронте … Семье Агаповых «досталось» меньше, но тоже остались без дома.

Сколько тонн взрывчатки было взорвано — трудно предположить, но воронка от взрыва образовалась примерно по диаметру 42-44 мет­ра, в глубину 77,5 метров. В ворон­ке сразу образовалось озеро воды, а после войны там В-Бузиновский колхоз поставил мотор и поливал лет десять колхозную плантацию. (Эта воронка и сейчас есть, но за­росла кустарником).

Сила взрыва была настолько сильна, что солдаты, находившие­ся в радиусе 1 километра, погибли. А мы, Агаповы, находились в щели, накрытой бревнами. За бугром зем­ляная насыпь была подброшена вверх, все было окутано смерчем пыли и земли.

Около места взрыва росли сады, так 40-50-летние яблони и груши были вывернуты с корнями, ,часть деревьев была наклонена так низко к земле, словно по ним про­шли танки. Оставшиеся деревья оказались без листьев и стояли ле­том голые, словно поздней осенью. В большинстве домов были выби­ты стекла, повреждены крыши.

Начальник склада выполнил свою задачу, не оста­вил ни грамма взрывчатки, ни од­ной мины врагу.

ВЫСОТА МУЖЕСТВА И ТРАГЕДИИ.

На рассвете 19 ноября 1942 г. вся станица и хутора Клетского рай­она услышали канонаду артилле­рийских, залпов наших наступаю­щих войск. Наконец-то и наши вой­ска пошли в крупное наступление. Радости нашей не было границ.

Читаешь воспоминания мар­шала Рокоссовского, генералов Ба­това и Чистякова, которые наблюдали, как наша пехота после огром­ной артподготовки поднялась и по­шла в атаку на позиции врага. А враг не дремал и более 3-х меся­цев укреплял свои позиции на вы­сотах юго-западнее Клетской, а вер­нее и точнее — это лощина между двумя оврагами, которые спускают­ся в станицу по линии дороги на хутора Захаров-Калмыков. (Там сейчас проходит автодорога Клет­ская-Суровикино).

Генерал Батов докладывал маршалу Рокоссовскому: «Наши пошли, пошли вперед — прорва­лись».

 

Да, вот тут-то и показала война свое лицо сполна — кто прошел, а кто, сраженный вражьей пулей, ос­тался на этой казачьей земле. Вот этих убитых воинов нас и привели хоронить в начале апреля, значит пролежали убитыми они 5 месяцев. Hекогдa было — только вперед, только на Запад. Вот такое бывает на войне. На своей территории род­ные мне люди, победители, лежа­ли так долго покойниками.

 

Так нас, мальчишек около двух­сот человек и 50-60 женщин приве­ли два офицера с райвоенкомата с задачей — ПОХОРОНИТЬ наших по­гибших солдат и офицеров, а потом солдат противника, а точнее, сол­дат румынской армии.

 

Женщины со слезами стали рыть у дороги братские могилы, а мы, мальчишки: стали носить уби­тых.

 

А носили так: звено в 5 человек ребят подходило к убитому, один из нас просматривал карманы покой­ного, доставал все документы, наг­рады убитого, и складывал в проти­вогазную сумку. Хорошо помню, что в нашем звене этим делом зани­мался Коля Ковалев, а мы, осталь­ные четверо, подсовывали одну винтовку под спину, вторую под ко­лени и несли погибшего в могилу. В могиле укладывали рядами, зак­рывали лицо и снова шли за уби­тым. Принесешь убитого, а женщи­ны сразу спрашивали: ребята, как его фамилия, откуда родом?». Все искали своих мужей, братьев, родственников.

Мужей не находили, а вот родственников находили. И вот около 200 мальчишек хоронили героев русской, земли около недели, рабо­тали почти весь световой день. А какие они были тяжелые … Все шли в это их последнее наступление в теплом зимнем обмундировании ­новые шинели, фуфайки, теплые ватные брюки, многие в валенках. Сколько в этой лощине мы похоронили наших погибших — не могу сказать. Но когда нас привели на это поле расстрелянных людей, но не просто страшно, а жутко стало от такого количества убитых. Мы, ребята, не раз бывали в перепле­тах, видели бои на территории рай­она, видели много убитых и наших, и немцев, но вот такого количества убитых, и так плотно лежавших друг к другу, не видели за всю войну.

Мне хочется сказать: вот и арт­подготовка велась по окопам и дзо­там противника, вот и разведка до­ложила — враг уничтожен — а смертей, сколько наших людей,…  чтобы отвоевать площадь родной земли примерно 1,5 км на 2 км. А сколько было убитых солдат румынской армии, немецкой…

Хочется вспомнить о мужестве, героизме, выдержке и упорстве на­ших  воинов. Убитых было как сно­пов в хороший урожай на поле, а воины все шли и шли вперед, ни на что, не обращая внимания. Ушли на Перелаз, оставив сотни людей уби­тыми.

Вот когда пройдешь через такое поле убитых своих товарищей, род­ственников, то ты любые клятвы, присяги примешь для уничтожения врага.

Примечательно то, что, не смот­ря на шквал огня со стороны про­тивника, не было ни одного погиб­шего наших войск, который бы ле­жал головой в сторону отступле­ния.

 

 

 

 

 

pobeda

ЗАХАРОВА (КРАПИВИНА) АНАСТАСИЯ ПЕТРОВНА

Захарова Анастасия Петровна родилась в 1925 году в хуторе Караженском Клетского района Волгоградской области. Тяжелая болезнь отца заставила юную девушку оставить школу в шестом классе и пойти работать. Так с первого февраля 1940-го года начался ее трудовой стаж. Ей было четырнадцать лет. Устроилась Настя в артель Быта ученицей швеи.

В 1942 году война докатилась до Клетского  района. После освобождения 19-го ноября 1942 года Настя вновь стала работать в швейной мастерской. Но в Клетскую привезли раненых, а медсестёр не хватало, и Настю направили на работу в госпиталь. Фронт продвигался, госпиталь двинулся вслед за фронтом, а вместе с ним Анастасия.

Так восемнадцатилетняя девушка попала на фронт. Когда форсировали Днепр, Настя получила осколочное ранение в голову. Узнав, что Настя – девчонка хуторская, умеет печь, да и перевели её в пекари на 431-й полевой хлебозавод. Семь месяцев пекла для фронтовиков хлеб. Затем Настю послали на трехмесячные курсы поваров. Окончив курсы, она получила звание старшины и продолжала свою службу в особом отделении 24-го штаба 37-й армии.

Анастасия побывала в Румынии, Югославии, Болгарии, и 8 августа 1945 года была демобилизована.

 

pobeda

ВОСПОМИНАНИЯ ДУНАЕВСКОЙ (БИРЮКОВОЙ) ТАМАРЫ АРСЕНТЬЕВНЫ ВОЕНФЕЛЬДШЕРА 154 ГВ. СТРЕЛКОВОГО ПОЛКА, КОМАНДИРА САНВЗВОДА ПО ЭВАКУАЦИИ РАНЕНЫХ С ПОЛЯ БОЯ.

Дунаевская (Бирюкова) Т.А.

Полк 93-й стрелковой роты совершал длительный и большой марш по бездорожью 20 июля 1942 года в район станицы Клетская и разместились в балке.

Ночью все было погружено во тьму и облака дыма раскачивались незаметно. А утром взгляды устремились на пылающий Сталинград. Туда нам предстояло переправиться. Вокруг сплошной огонь, везде властвует пламя, громоздятся черные развалины, останки дымоходов.

Пок вышел на исходные позиции и занял оборону в лесу около Дона, на правом фланге Донского фронта. Каждое подразделение рыло землянки, блиндажи, окопы полного профиля, траншеи, ходы сообщения. Установили связь с каждым подразделением. Мой санвзвод разместился вблизи передовых позиций 3-го батальона. Всем было ясно, что здесь мы должны стоять насмерть, потому, что был приказ: « Ни шагу назад!». Начались активные оборонительные бои. Шли дни, недели, месяцы… О их ярости и упорстве написано и сказано уже немало. Можно вспомнить много случаев и эпизодов. Я напишу лишь об одном дне войны.

 Только один день войны.

Личный состав санитарной роты: сидят слева направо- Говорушкин Николай, Вдовин Герман Павлович, Фишман, Миркасимов Закругли Хайдарович, Дима — фельдшер сан. роты, стоят слева направо — Хурсан Федора Степановна, Бирюкова (Дунаевская) Тамара Арсентьевна, Вахонин Иван Сергеевич, Анушван — повар санроты

Второго августа 1942 года в станице Клетская. Полк вел разведку боем. Минерам было поручено разминировать в минном поле проход для разведчиков. Вскоре оказались раненые. Дважды я пыталась подползти к ним, но вражеская пулеметная точка косила непрерывными очередями. Я попыталась пойти  в обход, укрывшись ветвями, но пули свистели и здесь. Прижавшись к земле, по гряде ранее распаханной земли я добралась все же к раненым. Втащила одного из них в воронку, перевязала, передохнула, вновь потащила и отправила по этапу эвакуации. А бой продолжался. После артподготовки, рота наших автоматчиков атаковала передовые укрепления противника. Разведчики, минуя минное поле и проволочные заграждения, пошли вперед. И снова оказалось много раненых. Их немедленно надо было эвакуировать. Когда я стала подползать к ним, пулеметные очереди стали ложиться прямо передо мной, отсекая путь к раненным бойцам. Тогда я вернулась к минометчикам, а те засекли вражескую огневую точку, открыли огонь и подавили ее. Путь передо мной был свободным и я эвакуировала всех раненых. При этом я выполнили и другое боевое задание. Дело в том, что патроны у наших наступающих кончались и об этом надо было сообщить боеснабженцам. Я сделала это быстро, и патроны были доставлены своевременно.

Вернувшись на передовую, я продолжала перевязывать раненых. Их скопилось очень много. Пришлось ждать затишья. Но затишья не наступало. Бой разгорался все сильнее. Тогда я связала концы плащ-палатки, укрепила их ремнями и волоком стала оттаскивать раненых по одному. На моем счету уже было вынесено 47 человек. Но в это время противник бросил в контратаку новые резервы с левого фланга.

Встречи на Клетской земле. Слева сидит четвертый Погорелый А.Ф., рядом с ним Кабрибов М.Т., Добрушин Д.С.

А.Ф. Погорелый

Шли танки и самоходки с автоматчиками прямо на высоту, где разместилась штурмовая группа старшины Погорелова. Бой завязался с новой силой. Погорелов лично подбил 5 вражеских танков. Но подходили еще и еще…

Пулеметной очередью были убиты два солдата и уничтожен последний расчет противотанковой пушки. Тогда старшина связал 4 гранаты в связку и пополз на приближающийся танк. Осталось совсем близко. Старшина размахнулся и бросил гранаты. Танк окутался черным дымом и остановился. Старшину отбросило взрывной волной в воронку. Я поползла к нему. Старшина был жив, в сознании, но не мог двигаться самостоятельно, так как при взрыве ему повредило глаза. Я вытащила его, доставила в санроту, где герою оказали помощь. Его подвиг надолго мне врезался в память, и позже я написала о нем стихи.

Старшина

Пусть писем никому в палатке нет,

Пусть в этом деле почта подкачала

А старшине опять несут конверт

И говорят, что он везучий малый.

Читай, сестра, читай не торопись

Прото, как вербы смотрятся с откоса,

Как над лучами белый пар повис

И воздух стал духмяным от покоса.

Читай ему про тихое село и сад,

Умытый яблоневым цветом…

В бою глаза солдату обожгло.

И что в письме – поведать тяжело,

Читай, сестра, пусть даже писем нету.

Т. Дунаевская

 

 

pobeda

СУТУЛОВ ГРИГОРИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ (1918 — 1990)

Сутулов Григорий Алексеевич – командир отделения взвода пешей разведки 538-го стрелкового полка (120-я стрелковая Гатчинская Краснознаменная дивизия, 21-я армия, 1-й Украинский фронт), старший сержант.

Родился 24 декабря 1918 в хуторе Жирковский ныне Клетского района Волгоградской области в казачьей семье. Русский. Образование начальное. Жил в городе Серафимович Волгоградской области. Работал в дорожном отделе горисполкома. Призван в армию в июле 1941 года.

Во время Великой Отечественной войны в действующей армии с 1941 года. Сражался на различных фронтах, том числе Сталинградском, Центральном, 1-м Украинском. Дважды ранен.

Особо отличился в ходе Сандомирско-Силезской наступательной операции на территории Польши.

Во главе разведывательной группы одним из первых 23 января 1945 года переправился через реку Одер в районе населенного пункта Грошовиц (Грошовице, в черте города Ополе). Во время боев на плацдарме проник с группой в тыл врага, захватил контрольного пленного и доставил командованию ценные сведения о противнике, что позволило полку успешно выполнить боевую задачу.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 апреля 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство Сутулову Григорию Алексеевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

После войны старшина Г.А.Сутулов демобилизо¬ван. Вернулся на родину. Работал председателем колхоза, председателем сельсовета, заведующим мельницей. Жил в городе Серафимович ныне Волгоградской области.

Скончался 9 сентября 1990 года.

Награжден орденами Ленина (10.04.1945), Отечественной войны 1-й степени (11.03.1985), 2 орденами Красной Звезды (14.02.1944; 8.02.1945), медалями.

Именем Героя названа улица в городе Серафимович.

К февралю 1944 года Г.А.Сутулов, который уже имел одно ранение, полученное в 1943 году на Центральном фронте, воевал на 1-м Украинском фронте в отдельной разведывательной роте 4-й гвардейской воздушно-десантной Овручской дивизии. Дивизия в это время находилась на территории Украины, в районе города Умань. Здесь получил свою первую боевую награду – орден Красной Звезды.

Из наградного листа:

Разведчик отдельной разведроты гвардии рядовой Сутулов 2 февраля 1944 года, действуя в разведке по захвату контрольного пленного, проявил исключительную выдержку и настойчивость. Получив приказ от командира взвода прикрывать отход разведчиков с контрольным пленным, тов. Сутулов, как старший группы прикрытия, сумел организовать огонь автоматов и ручных гранат так, что ни одна из двух групп немцев, преследовавших разведчиков, не смогла сорвать выполнение задачи. Только когда пленный был выведен за передний край немцев, тов. Сутулов по условленному сигналу начал отход.

Гвардии рядовой Сутулов Григорий Алексеевич достоин правительственной награды – ордена «Красная Звезда».

Командир 3-й отдельной разведроты гвардии старший лейтенант Черкашин

Вскоре после этого дивизия в составе приняла участие в составе 40-й армии 2-го Украинского фронта в Уманско-Ботошанской наступательной операции (5 марта – 17 апреля 1944 года). В ходе операции 8 марта 1944 года Г.А.Сутулов был тяжело ранен. После излечения направлен для дальнейшего продолжения службы в 538-й стрелковый полк 120-й стрелковой дивизии. В ее составе с 1 января 1945 года сражался на 1-м Украинском фронте, также в разведывательном подразделении.

Дивизия в составе 21-й армии участвовала в Сандомирско-Силезской наступательной операции (12 января – 3 февраля 1945 года) – составной части Висло-Одерской стратегической операции, в том числе освобождении города Оппельн (Ополе, Польша); Верхнесилезской наступательной операции (15 – 31 марта 1945 года), в том числе освобождении польских городов .Штайнау (Сьцинава Мала), Зюльц (Бяла) и Нейссе (Ныса); Пражской стратегической наступательной операции (6 – 12 мая 1945 года).

Г.А.Сутулов особо отличился в Сандомирско-Силезской операции.

Из наградного листа на присвоение звания Героя Советского Союза:

Будучи командиром разведгруппы, старший сержант Сутулов Григорий Алексеевич во время форсирования реки Одер 23 января 1945 года в районе населенного пункта Грошевец одним из первых переправился на западный берег реки и закрепился, удерживая плацдарм. Во время расширения плацдарма группа получила задачу – взять «языка» и узнать состояние противника.

Незаметно пробравшись в тыл врага, огнем из автомата Сутулов уничтожил до 15 немцев вместе с группой, захватил «языка» и без потерь приступил к выполнению второй задачи. Отправив пленного, группа продвинулась от нашего переднего края на 900 – 1000 метров и в течение полутора часов вела наблюдение. Изучив состояние противника, группа стала отходить, но при отходе попала под ружейно-пулеметный противника и залегла, приняв бой. За короткое время группа убила около 18 немцев и с незначительными потерями вернулась в свое расположение, передав все сведения о противнике командованию.

Сутулов готов к выполнению новой боевой задачи. Лично смел, делу партии Ленина – Сталина и социалистической Родине предан.

За проявленную смелость, успешное выполнение боевой задачи, что способствовало выполнению общей задачи части в бою, старший сержант Сутулов достоин правительственной награды – присвоения звания «Герой Советского Союза»

Командир 538-го стрелкового полка подполковник Хармышев

26 января 1945 года

Во время боевых действий на Одерском плацдарме Г.А.Сутулов вновь отличился, за что был награжден орденом Красной Звезды.

Из наградного листа:

Гвардии старший сержант Сутулов, получив задание захватить языка, с тремя разведчиками после наблюдения за передним краем противника выбрал место для поиска. Выполнив эту задачу, тов. Сутулов, как старший разведгруппы, повел разведчиков в тыл противника. В районе деревни Шенкирх пленный был захвачен, причем в перестрелке с группой противника было уничтожено 15 гитлеровцев, а пленный был доставлен по назначению.

Тов. Сутулов – преданный сын своей Родины. Достоин правительственной награды – ордена Красная Звезда.

Командир 538 стрелкового полка подполковник Хармышев

Войну Г.А.Сутулов закончил в Чехословакии.

pobeda

ЧЕРНОВ МИХАИЛ ГРИГОРЬЕВИЧ (1925 – 1986)

Чернов Михаил Григорьевич – командир отделения 1-го батальона 238-го гвардейского Краснознаменного ордена Александра Невского полка 81-й гвардейской стрелковой Красноградской Краснознаменной ордена Суворова дивизии 7-й гвардейской армии 2-го Украинского фонта, гвардии сержант — на момент последнего представления к награждению орденом «Славы».

Родился 2 января 1925 года в станице Кременской ныне Клетского района Волгоградской области в семье казака. Русский. Образование 7 классов.

В декабре 1942 года добровольцем ушел в Красную Армию и был направлен в запасной полк. Летом 1943 года в составе пополнения был зачислен в 163-ю стрелковую дивизию. Боевое крещении принял на Курской дуге, в бою за населенный пункт Русская Березовка. Затем в составе своего полка участвовал в освобождении украинских городов Богодухов, Ромны, Прилуки. Был переведен в разведку.

В ночь с 1 на 2 октября 1943 года в составе передового отряда полка в лодке, которую вел командир роты разведки младший лейтенант Сластихин, форсировал реку Днепр. Одним из первых высадился на правом берегу, ворвался во вражескую траншею и гранатами уничтожил пулеметный расчет. Разведчики удержали захваченную траншею до подхода основных сил. Все бойцы отряда были награждены орденами. 22 октября рядовому Чернову орден Красной Звезды вручил командир 163-й стрелковой дивизии полковник Карлов.

Затем были бои на лютежском плацдарме, за освобождение Киева. В составе своего полка отважный разведчик форсировал реки Южный Буг, Днестр. Разведчик взвода пешей разведки 529-го стрелкового Фокшанского полка 163-й Роменской стрелковой дивизии 40-й армии 2-го Украинского фронта ефрейтор Чернов отличился в боях на территории Румынии.

9 июля 1944 года ефрейтор Чернов в составе разведгруппы проник в тыл противника близ села Мойша (Румыния) с задачей взять «языка». Разведчики вступили в бой группой из 25 гитлеровцев и уничтожили 15 из них, а троих взяли в плен. Прикрывая отход разведгруппы, захватившей языка, Чернов в схватке уничтожил двух вражеских солдат. Доставленные языки дали ценные сведения.

Приказом по 163-й стрелковой дивизии от 12 июля 1944 года за образцовое выполнение приказов командования ефрейтор Михаил Григорьевич Чернов был награждён орденом славы 3-й степени (№135110).

28 августа 1944 года в районе села Вернешти (15 км юго-западнее города Рымник-Сэрат, Румыния) ефрейтор Чернов в составе разведгруппы захватил «языка». Прикрывая отход разведчиков, неожиданно столкнулся с тремя гитлеровскими автоматчиками. В коротком рукопашном бою ножом ликвидировал двух, а третьего взял в плен и привел в свою часть.

Приказом от 28 октября 1944 года за образцовое выполнение приказов командования ефрейтор Михаил Григорьевич Чернов был награждён орденом славы 2-й степени.

Заслуженную награду разведчик получить не успел, да и не узнал о ней. С боями он прошел всю Румынию, пересёк границу с Венгрией. В ночь с 4 на 5 ноября в первой группе десантников под огнем противника форсировал реку Тису. В бою на западном берегу был тяжело ранен. Был представлен за этот бой к ордену Отечественной войны 2-й степени.

Более трех месяцев пролежал в госпитале. После выздоровления в свою часть вернуться не удалось. В феврале 1945 года сержант Чернов был направлен в 238-й гвардейский стрелковый полк командиром отделения. В составе нового полка участвовал в освобождении Чехословакии, отличился при форсировании реки Нитра.

28 марта 1945 года отделение сержанта Чернова первым форсировал реку Нитра (23 км севернее города Комарно, Чехословакия) и с ходу вступило в бой, чем обеспечило переправу остальным подразделениям. В боях за город Нове-Замик бойцы его отделения захватили в плен 11 гитлеровцев. Лично Чернов сразил 7 солдат противника.

8 апреля был представлен командиром полка к награждению орденом Красной Звезды. Командир дивизии полковник Орлов внес изменения, повысив до ордена Славы 3-й степени.

Приказом по 81-й гвардейской стрелковой дивизии от 14 апреля 1945 года за образцовое выполнение приказов командования сержант Михаил Григорьевич Чернов был награждён орденом славы 3-й степени вторично. Сделано это было потому, что в личном деле не было сведений о предыдущих награждениях, и в представлении была запись «ранее не награждался».

Но награда вручена не была. 8 апреля на западном берегу реки Моравы Чернов был вновь тяжело ранен – в голову. День Победы встретил в госпитале в Будапеште. Потом служил на Дальнем востоке. В августе 1946 года М.Г. Чернов был демобилизован.

Вернулся на родину, в станицу Кременскую. Стал работать, как и до войны трактористом. В 1959 году герою-фронтовику был вручен орден Славы 2-й степени (№46395) и позднее – Отечественный войны 2-й степени. В начале 70-х перешел на работу в рыболовецкий колхоз. В 1973 году заболел, сказались фронтовые раны. Был признан инвалидом 2-й группы по общему заболеванию.

В 1981 году стало известно что орден Славы 3-й степени, которым Чернов был награжден в апреле 1945 года, вручен не был. Учитывая, что при награждении было допущено нарушение статуса ордена Славы, документы были переоформлены.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16 марта 1984 года в порядке перенаграждения Михаил Григорьевич Чернов награжден орденом Славы 1-й степени (№ 2103). Стал полным кавалером ордена Славы.

Михаил Григорьевич Чернов умер 25 февраля 1986 года.

Награжден орденами Славы 3-х степеней, Отечественной войны 1-й и 2-й степени, Красной Звезды, медалями.

Его именем названа улица в станице Кременская.